Друзья! Воспользовавшись обратной связью (ОС), можно оставить рекомендации как по обустройству сайта, размещению интересного контента, так и по развитию общественного движения.                                                            

Либерасты пытаются удушить СССР в "дружеских" объятиях

В последние месяцы происходят разного рода события, которые позволяют увидеть маневр антисоветского сообщества самого широкого спектра. Как все знают, раньше и власть и околовластные антисоветские группы стремились уничтожить память об СССР, разрушить в сознании его идеалы, образ жизни и образ мысли.

 

Эта тенденция, кроме традиционной антисоветской пропаганды в СМИ, стала пополняться установкой разного рода досок и памятников. И тут случилось некое чудо. Народ получил в свое распоряжение нечто материальное, на чем можно наглядно показать отношение к антисоветизму, антисоветчикам и, соответственно, к их современным делам.

История с доской Маннергейму - самый, наверное, яркий из известным достаточно широкому кругу людей, случай. Мало того, что антисоветчики столкнулись с тем, что не могут теперь без активного сопротивления своих "хероев" вывешивать на публику. Они поняли, что в душах людей продолжают оставаться советские основы. Искалеченные, упрощенные, но они есть.

И антисоветчики пока притормозили. Замеряют уровень, до которого можно наступать без резкого сопротивления.

Кроме этого, есть еще один параметр, который для них не менее страшен, чем активное сопротивление публичным антисоветским акциям. Это фактор "высыпания". Люди не в состоянии активно и сознательно участвовать в сопротивлении антисоветчикам. Они впадают в апатию. И перестают участвовать в общественной жизни настолько, что не выполняют свои гражданские обязанности перед государством. Они не сопротивляются активно. Они просто "рассыпаются". На них нельзя опереться в вопросах поддержания социума.

То есть антисоветчики стали понимать, что, отнимая советское у народа, они приводят активную часть людей в состояние противостояния с собой, а пассивную заставляют плевать на свои обязанности и не поддерживать ничего. В том числе и государственные обязанности. Народ и власть, а точнее антисоветские сообщества, в которые, конечно же, входит власть, начали расходиться в разные стороны. Трещина стала превращаться в овраг, потом в пропасть.

Мало того, просоветская часть явным образом ищет точки соприкосновения и объединения. А антисоветчикам некого объединять. У них опорные группы тают на глазах.

И на кого им, антисоветчикам, рассчитывать? Активные в большинстве объединяются против них, пассивные - просто ничего не делают, высыпаются из общественной жизни.

И вот мы видим ответ власти в лице Мединского. Он стал искусственно перемешивать советское и несоветское в сознание людей. В этом смысле фильм 28 панфиловцев очень показателен.

Мединский и К, в отличие от либералов "гайдаровского призыва", пытаются не ломать советское, а подменять его не советским. Не сломать идеал, а заменять его. На идеал как бы нейтральный (патриотизм), под которым, естественно, остается их личное антисоветское содержание. Ельцин - Центр   их символ. Например, в их патриотизме обязательно присутствует антисоветизм. Их символ - мы за Россию, но не за советскую Россию. На это сейчас они (более вменяемые и хитрые антисоветчики) направят все свои силы. Так, что , будьте бдительны!).

Смольный признал Маннергейма виновником блокады Ленинграда вкупе с Гитлером.

23 декабря, 12:31

Напомню тем, кто забыл (или старательно делает вид, что забыл) — на открытии доски Маннергейму присутствовал вице-губернатор Петербурга Александр Говорунов.

Смольный признал Маннергейма виновником блокады Ленинграда вкупе с Гитлером.

Чёрное назвали чёрным только через два месяца после удаления доски Маннергейму с ленинградской улицы.

Власти Санкт-Петербурга официально признали, что финский маршал и политический деятель Карл Густав Маннергейм несет ответственность за блокаду Ленинграда и вызванные ею колоссальные жертвы среди гражданского населения, наряду с немецкими нацистами. Кроме того, в Смольном сообщили, что инициаторами установки доски Маннергейму в Петербурге были федеральные власти. Это следует из текста официального ответа администрации города, полученного блокадницей Флорой Зиновьевной Геращенко, живущей в Мурманске. Текст письма из Смольного есть в распоряжении ИА REGNUM.

В своем обращении в адрес губернатора Санкт-Петербурга Георгия Полтавченко Флора Геращенко, пережившая ребенком ленинградскую блокаду и потерявшая в ней родственников, выражала свое возмущение тем фактом, что в июне 2016 года в ее родном городе появилась памятная доска союзнику нацистов Маннергейму. Она также требовала принять меры к тому, чтобы доска, которую в октябре демонтировали, больше никогда не оскверняла улицы города-героя, а лица, причастные к ее появлению, понесли ответственность.

«Ваше обращение <…> по поручению Губернатора Санкт-Петербурга Г.С.Полтавченко рассмотрено Управлением по работе с обращениями граждан Администрации Губернатора Санкт-Петербурга», — сообщила Флоре Геращенко начальник этого управления Елена Руднева.

В своем ответе чиновница проинформировала блокадницу, что памятный знак Карлу Маннергейму «был установлен в июне 2016 на фасаде здания Военного инженерно-технического университета Военной академии материально-технического обеспечения имени генерала армии А.В.Хрулева по инициативе федеральных органов государственной власти (анонс был размещен на официальном сайте министерства культуры Российской Федерации)».

«Здание является федеральной собственностью и находится в оперативном управлении Министерства обороны Российской Федерации», — подчеркивает Руднева и напоминает, что в церемонии открытия доски участвовали тогдашний глава администрации президента Сергей Иванов и глава министерства культуры Владимир Мединский.

Чтобы окончательно снять с властей города всякую ответственность за появление памятного знака Маннергейму, Руднева сообщает Геращенко, что «каких-либо распоряжений об установке знака руководство Санкт-Петербурга не издавало, общественное обсуждение по данному поводу не проводилось».

Далее из-под пера ответственного лица городской администрации впервые прозвучала политическая оценка фигуры Маннергейма, которой безуспешно пытались добиться граждане, общественные организации и СМИ, пока доска финскому маршалу висела на Захарьевской улице Петербурга.

Назвав Маннергейма «противоречивой для России фигурой» и напомнив о его службе в царской армии, Елена Руднева заявила: «Нельзя забывать, что в годы Великой Отечественной войны 1941−1945 годов он воевал на стороне фашистской Германии, участвовал в блокаде Ленинграда и был награжден несколькими орденами фашистской Германии».

И, наконец, в следующем абзаце чиновница Смольного прямо признала, что на улице города, понесшего неисчислимые жертвы в годы вражеского нашествия, был установлен мемориал тому, кто несет ответственность за эти военные преступления вместе с Гитлером и его генералами.

«Открытие знака в виде барельефа человеку, который в равной степени должен разделить с немецко-фашистскими военачальниками вину за блокаду Ленинграда и гибель в результате ее сотен тысяч жителей города, справедливо вызвало отрицательный резонанс и возмущение в обществе», — констатирует Елена Руднева.

В завершение своего ответа Флоре Геращенко начальник управления по работе с обращениями граждан администрации губернатора Санкт-Петербурга напоминает, что доска Маннергейму уже демонтирована и передана в музей «Ратная палата» в Царском Селе, «где будет храниться в запасниках без реставрации».

«Администрация признаёт, что Маннергейм одинаково с фашистами ответственен за гибель ленинградцев в блокаду, — прокомментировала Флора Геращенко корреспонденту ИА REGNUM полученный ею ответ из Смольного. — Но это письмо должно было появиться еще в конце июня. А извиниться — этого наша власть делать не хочет».

Напомнив, что она также направила обращение в Санкт-Петербургское отделение Российского военно-исторического общества (РВИО), которое объявило себя инициатором появления доски Маннергейму, блокадница сказала, что никакого ответа от них до сих пор не получила. «Думаю, что и не дождусь», — добавила Флора Геращенко.

 Администрация   Смольного и губернатора Георгия Полтавченко, в то время, когда доска Маннергейму еще висела в центре Петербурга, занимала несколько иную позицию, и слов признания финского маршала одним из виновников блокады Ленинграда от нее тогда не прозвучало. Кроме того, органы федеральной власти также не упоминались в числе инициаторов установки доски. И Смольный снимал с себя всякую ответственность за ее появление, просто отказываясь признавать предмет на Захарьевской улице мемориальной доской.

В середине августа, отвечая на письмо одного из граждан, возмущенного появлением мемориала Маннергейму, Руднева сообщила, что установка «памятного знака в виде барельефа» состоялась по инициативе Российского военно-исторического общества. При этом отнесение Смольным данного объекта к категории «барельефа» якобы вывело его из-под действия городского законодательства, регулирующего установку памятных досок.

«Порядок размещения на фасадах зданий Санкт-Петербурга барельефов законодательством Санкт-Петербурга не установлен», — сообщала Руднева, тем самым фактически оправдывая бездействие городских властей в отношении памятного знака гитлеровскому приспешнику.

Тогда, в августе, ответственная чиновница Смольного сознательно уклонилась и от политической оценки фигуры Маннергейма, утверждая, что «вопросы, касающиеся оценки эстетических качеств и идеологического содержания барельефа, к компетенции исполнительных органов не относятся».

И вот, наконец, такая оценка прозвучала, и чёрное, пусть с оговорками, названо чёрным. Произошло это только благодаря усилиям таких людей, как Флора Геращенко, возмущенных блокадников, петербуржцев и жителей других регионов России, а также историков, общественных деятелей, политиков и журналистов, указывавших на кощунственный и оскорбительный по отношению к нашему народу характер случившегося в середине июня события. Что ж, как говорится, лучше поздно, чем никогда…

ИА REGNUM продолжит следить за этой историей, чтобы никакие новые попытки увековечить нацистских преступников и их союзников, к какой бы национальности они ни принадлежали, никогда не прошли.

Современные российские либералы, поддерживая в массе своей необандеровский режим на Украине, с какой-то иррациональной ненавистью относятся к Советскому Союзу, Сталину и сталинскому режиму – сталинщине, как они его со страхом и ненавистью называют. Эта иррациональная ненависть отдает какой-то шизофренией, потому что родились они в своем большинстве в Советском Союзе или в последние годы жизни Сталина, или через несколько лет после его смерти. И ничего плохого ни им, ни их родителям он и власть советская им не сделали, а иначе бы, откуда бы они появились на свет белый. Однако, не нравится им не только Сталин и власть советская, имеют они претензии и к народу русскому. Один из руководителей еврейской общины или организации евреев Украины на днях, не моргнув глазом, заявил, что евреев на Украине, оказывается, истребляли не украинские националисты и не немецкие оккупанты в годы войны, а русские жители УССР.

 Двоемыслие в головах толерантных либералов - результат "талантливого"  припособленчества. .

 Беседа с министром:

Нельзя сверлить дырки в доске Маннергейму и ставить памятники Сталину

- Считал и считаю, что замазывание доски Колчаку, сверление дырок в доске Маннергейму, свиные головы в МХТ, рисование фаллосов на мосту, Энтео, врывающийся на сцены и на выставку Сидура, обливание мочой, поджог дверей ФСБ — это все подходит под категорию «злостное хулиганство с порчей имущества», - рассуждает министр культуры Владимир Мединский в интервью "Новой газете". - Это все вещи — абсолютно недопустимые. Здесь должны работать правоохранительные органы.

— Так почему не работают? Это же не отдельные хулиганства, это уже массовое явление…

— Моя позиция: это все вещи одного порядка — уничтожения мемориальных досок, снос памятников — будь то Ленину, Дзержинскому… Я неоднозначно отношусь к Дзержинскому, мягко говоря, сложный исторический персонаж, но что, порядка в стране сразу прибавилось после сноса памятника на Лубянке?

— Но вы же не будете спорить с тем, что памятники ставят тем, кто заслуживает благодарности, и для того, чтобы расставить в обществе нравственные акценты. Так зачем ставить Сталину, Грозному новые памятники?

— На данную секунду некто — герой положительный, а через 100 лет выяснится, что он кровопийца. Слово «памятник» — не от слова «хороший» или «плохой». Оно от слова «память». Памятник фиксирует память. Решение об установке памятника Ивану Грозному принималось чуть ли не на плебисците в Орле, за него голосовали и депутаты, и члены комиссий…

— Но вы как историк могли бы вмешаться и объяснить: «Ребята, он сделал то-то и то-то».

— Вы хотите цензуру «от Мединского»?

— Это не цензура, это ликбез. Министр выступает по телевидению и объясняет, что нельзя увековечивать память об убийце, потому что это нарушает нравственный код нации. Ведь народ знает Ивана Грозного в основном по фильму «Иван Васильевич меняет профессию».

— Иван Грозный — крайне сложная историческая фигура, и есть много историков, которые говорят, что Петр I по части «личной жестокости» был ничуть не лучше. Ну что же, Медного всадника сносить, что ли?

— Нет, сносить ничего не надо. Ставить не нужно, когда знаешь оценку, например, Сталина.

— Опять вопрос, разделяющий людей. Мое отношение к Сталину за последние 30 лет менялось раз десять. Каждый раз прочитаешь новое произведение, или новые документы, или просто воспоминания, и все время какая-то новая грань открывается. Вот фильм «Штрафбат» я посмотрел в свое время за ночь, в больнице лежал…

— Помнится, вы сказали: «Вредный, но хороший».

— Очень талантливый. Эмоциональное впечатление колоссальное. Правда, потом не поленился и стал читать воспоминания бойцов штрафбатов, понял, что в фильме правды ни слова нет, просто фэнтези на военную тему с мощнейшим негативным идеологическим зарядом.

Поэтому говорить сейчас о Сталине однозначно я бы не стал, но я бы в любом случае никогда не поддержал установку государственного памятника Сталину. Считаю, что это будет сильно разделять нацию. Это всегда плохо, а сейчас, начиная с 2014 года, с Крыма — особенно.

Именно поэтому аккуратно молчу и на тему Мавзолея, хотя, будучи депутатом, много чего себе позволял. Ибо Мавзолей — точно проблема не номер один сегодня.

— Если бы кто-то из высоких государственных чиновников в Германии сказал, что Гитлер — неоднозначная фигура, ему пришлось бы подать в отставку…

— Этот ваш аргумент называется «внезапный Гитлер». Гитлер и Сталин — это все-таки очень разные истории.

— Сталин хуже, вы правы, он уничтожал свой народ.

— Вот видите, вы выступаете с предельно идеологизированной точки зрения. А я пытаюсь объяснить, что нельзя ставить памятники Сталину не только и не столько потому, что это плохо или очень плохо, а потому, что это разделяет нацию.

Комментарий "АПН Северо-Запад": Хорошо было бы просверлить пару дырок в голове у Мединского, чтобы посмотреть, чем она наполнена. Выходит, что доска Маннергейма, повешенная г-ном министром не только воперки мнению большинства горожан, ветеранов войны и блокадников, историков, но и незаконно (в отсутствие санкции совета по мемориальным доскам и распоряжения губернатора Петербурга), - это святое и нацию ни разу не разделяет. А вот Сталина, имеющего высокий рейтинг и положительно оцениваемого более 50% россиян, ставить нельзя ни в коем случае... В общем, согласие и примирение по Мединскому продемонстрировано вполне наглядно.

Двоемыслие в голове Мединского и виляние хвостом.

 Значит Памятник Сталину разъединяет  народ, а таблички гитлеровцам и Ельцин - Центр  ,  который перевирает Историю страны  объединяет? 

Ну- ну.....

https://cont.ws/post/470438

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, авторизуйтесь на сайте.
Если же Вы не зарегистрированы, то зарегистрируйтесь здесь

X

Обратная связь