Из СССР в крепостную Россию

Когда Россия в лице своих правителей отказалась от строительства коммунистического (человеческого общества – и для самих же людей) общества, народ в массе своей не стал отчаиваться. Да, к несчастью, нередки были даже случаи самоубийств людей, не выдержавших отказа от проложенного коммунистами — большевиками пути развития, но гораздо больше было иного — массовых митингов, демонстраций и шествий в поддержку Б. Ельцина, реформ Е. Гайдара вкупе с А. Чубайсом и прочими, называвшими себя «демократами». Эйфория в начале 1990-х переливалась и била через край (гигантской волной — «цунами мелкобуржуазности», временно захлестнувшее С.С.С.Р.!). Но прошли годы. Не сразу, но всё же стало ясно, что под лозунгом «больше демократии, больше социализма» нам всучили самый примитивный, дикий и безчеловечный «капитализм обыкновенный» с типично русскими и далеко не лучшими особенностями. Многие спохватились, но было уже поздно: его препохабие «господин капитал» прочно оседлал духовную, социальную и экономическую жизнь российского (и всего советского!) народа.

 

«И ладно, — рассуждали люди. — Живут же и при капитализме — те же Америка, Европа и, кажется, даже процветают. Глядишь, не пропадём и мы…». И вот третий десяток лет уже так «живём». Но, где капитализм — то? Где мощный взлёт производства, который был характерен для стран, переходивших от феодализма к капитализму? Где Форды, Рокфеллеры, Морганы или хотя бы свои же новые Демидовы, Морозовы и Шмидты? Что-то не видно их! Да — зато появились долларовые миллионеры и миллиардеры, так что хоть это у нас вроде бы «как и у них — на Западе» и Востоке. Но что сделали эти богачи для страны, для промышленности, для производства — пусть и пока — уже и ещё — капиталистического? Да ничего существенного не сделали, а богачами стали просто потому, что её — то есть, нас с вами — обворовали! Говоря с политических (властных) позиций, в России утвердилась не демократия (власть народа, или, например, не трудократия — власть честного трудящегося народа), а клептократия, то есть — власть воров, мошенников, бандитов, насильников и убийц! В стране властвует не просто буржуазия, а буржуазия криминальная, преступная, клановая, по сути своей — гангстерская! С позиций же формационного подхода, кажется, что мы сделали шаг назад от коммунистической общественно-экономической формации к буржуазной. Но именно «кажется», ибо на самом деле наша Родина провалилась на гнилых досках горбачёвско-ельцинского оппортунизма (ревизионизма) в историческом времени гораздо глубже — к формации крепостнической и даже рабовладельческой.

Нет ли здесь преувеличения? Конечно, определённое есть, но нас больше волнует не преувеличение, а преуменьшение опасности тех процессов, которые происходят сегодня в России, когда не просто реанимируются общественные отношения прошлых веков, но отношения купли-продажи человека и человечности, чудовищного неравенства, эксплуатации человека человеком, всесторонней проституированности человека, его отчуждения от общества, от природы и от себя, обездушивания человека — когда всё это идеализируется, восхваляется, мещански героифицируется. Причём это делается не столько самими новыми «хозяевами» России, сколько их платным обслуживающим слоем, который по инерции называется и называет себя интеллигенцией. Вот что заявляет один из «светочей» этой «интеллигенции» — актёр и режиссёр Никита Михалков, получивший от правительства 300 миллионов (!) рублей на создание фильма о крепостном праве в России: «Большевики сделали вещь страшную: они стёрли из памяти народа наше культурное наследие, воспоминания о всём том хорошем и светлом, что было в русском народе, включая память о крепостном праве…». (Чудовищно — крепостное право Михалков относит к «хорошему и светлому» … ещё и к «культурному наследию!» — Р. К.). «Ведь что такое было крепостное право?» — продолжает лицедействовать сей лице-мер! — «Крепостное право — это патриотизм, закреплённый на бумаге! Человек был связан со своей землёй-матушкой не только чувством долга, но и документально. Крепостное право — это мудрость народа, это четыреста лет нашей истории». Самое ценное качество крепостных крестьян по Михалкову заключалось в их любви к «твёрдой руке»: «С подачи большевиков сейчас в России думают, что крепостное право было чем-то вроде североамериканского рабства. Но это были отнюдь (!) не отношения раба и хозяина» (Бесов Михалкову явно надо изгонять из самого себя — и его знание Бесогонии основано явно и исключительно на знании им самого себя! — Р. К.), «а сыновей и отца» (а «что ты сделал с» … дочерьми и сёстрами, папаша Паратинский??? — Р. К.). «Многие крестьяне не хотели никакой «свободы». Да, иногда помещик порол крестьянина; так и отец же порет своё непослушное чадо».

Это чудовищное заявление баловня и советской и «демократической» власти не вызвало шквала негодований не только в правительственных СМИ, что и более чем понятно, но и в средствах массовой информации подлинно демократической, левой (а точнее – коммунистической!) ориентации. Можно сделать вывод, что подобную точку зрения разделяют многие люди — одни по жуткому невежеству, другие из-за утраты классового чутья, третьи, напротив, именно в своих материальных классовых интересах, чтобы оправдать своё нынешнее насилие над народом. Именно о такого рода «позициях» и заявлениях, о такого рода ложном патриотизме — патриотизме-товаре, патриотизме на продажу — и была сложена (самим же Михаилом Евграфычем Салтыковым — Щедриным, впрочем) ставшая народной мудрость: «Патриотизм — это последнее убежище негодяя!»

Но это не нормально и не человечно, а именно аморально, анти-морально и анти-человечно, подло и преступно — защищать и проповедовать в XXI-м веке власть бича! Да и просто глупо и смешно! Совершенно верно писал Маркс: «Находятся люди, готовые защищать кнут — на том основании, что это кнут — исторический!». Но всё же главную цель этой брошюры мы видим в том, чтобы заинтересовать и побудить наших уважаемых читателей самостоятельно прочесть «Пошехонскую старину». Одного этого прочтения для совестливого человека с живым сердцем и живой душой будет более чем достаточно, чтобы таким, как Никита Михалков, более никогда не подавать руки!

Руслан Каблахов